Отель Gritti Palace, Венеция

12-28-2017

Путешествие в Венецию всегда волнительно. Побывав в этом городе несколько раз, я как будто бывал в трёх разных местах. Каждому моему пребыванию сопутствовало совершенно разное настроение и отношение к Венеции. Попав впервые, я поразился красотой и великолепием, моё сердце было наполнено романтикой и мне хотелось рассказать об этом чудесном месте всему миру. Приехав сюда вновь, я не узнал свою первую Венецию. Она, новая, сходу раздавила меня своей холодной серой тенью. Палаццо вдоль Гранд Канала уже не казались мне великолепными дворцами, а, напротив, раздражали своей холодной бесцветной кожей, местами покрытой болотной зелёной тиной. И, приезжая в Венецию вновь, я не знал, как встретит меня этот особенный город и каким он мне покажется в этот раз.

 

Конечно, я ехал с определённым настроем, и я был вдохновлен историей Хемингуэя в Венеции, предвкушал знакомство с отелем Гритти, но всё же, зная какой разной может быть Венеция, я испытывал волнение от неизвестности.

 

Выйдя из аэропорта и сев в моторный катер, я зажмурился от слепящего весеннего солнца, отражающегося от воды Гранд Канала и от безупречно-зеркальной поверхности крыши моей лодки. Настроение задалось сразу и, встав рядом с водителем и подставив лицо встречному ветру, я полетел навстречу с Хемингуэем.

 

Эрнест Хемингуэй называл Венецию в числе своих пяти родных городов, и отель Гритти был практически его домом в этом любимом городе. В конце сороковых годов он пишет роман «За рекой, в тени деревьев», который во многом можно считать автобиографическим. Весь сюжет наполнен любовью пожилого полковника Ричарда Кантуэлла и девятнадцатилетней графини Ренаты. Эти несколько дней, последних в жизни полковника, они проводят в отеле Гритти и его окрестностях. Несколько дней, проведённых в любви, вдвоем, в родных сердцу местах.

Впереди, у Санта-Мария-дель-Джильо, был перекрёсток двух каналов, а за ним деревянный причал „Гритти“.
— Вот и наша гостиница, Джексон.
Полковник показал на небольшой розоватый трёхэтажный дворец, выходивший прямо на канал. Раньше это был филиал „Гранд-отеля“, но теперь стал самостоятельной и очень хорошей гостиницей. В городе, где столько прекрасных отелей, это, пожалуй, самый лучший.

 

(Э. Хемингуэй, « За рекой, в тени деревьев»).

Действительно, это был дворец. Водитель лодки показал пальцем на стремительно приближающийся классический венецианский палаццо, и я сразу начал представлять всё происходящее в романе и в жизни писателя. Фасад дворца сохранил внешний вид с ХV века и, безусловно, давал надежду, что и интерьеры не утратили былое великолепие.

 

Палаццо был построен в 1525 году для семьи венецианского дожа Андреа Гритти и стал официальной резиденцией семьи Гритти. Позже, это был дворец для послов Ватикана в Венеции, а затем, перейдя во владение семьи Пизани и затем опять Гритти, с начала ХIX века стал отелем.

 

С 1994 года великолепный отель стал частью Luxury Collection — престижного бренда Starwood Hotels & Resorts.

 

В 2012–2013 годах отель был реконструирован. Потратив более пятидесяти миллионов долларов, владельцы внесли «Гритти» в десятку самых дорогих реноваций отелей мира. Пригласив американского дизайнера интерьеров Чака Чуинга, они надеялись превратить один из лучших отелей Венеции в самый роскошный и в тоже время сохранить венецианский дух, который позволял «Гритти» многие десятилетия оставаться роскошным культурным центром, главным притяжением знаменитостей со всего мира. Этот отель всегда был полон и бронировался задолго до начала Венецианского Фестиваля или Биеннале Современного Искусства.

«Они вошли через главный подъезд в светлый, тёплый холл гостиницы „Гритти-палас“, оставив за собой ветер и непогоду».

 

(Э. Хемингуэй, «За рекой, в тени деревьев»).

Пирс, конечно, очень красив. Яркое солнце освещает всю площадку, как будто профессиональный фотограф перед съёмкой потрудился и расставил свет и декорации с той идеальной точностью, когда понимаешь, что всё здесь нужно и дополняет друг друга.

 

Поднимаясь на твёрдую поверхность, сразу ощущаешь, что ты действительно дома. Тебя здесь ждали, нетерпеливо сверяя часы и волнуясь о твоей десятиминутной задержке. Приветливые улыбки двух портье обескураживают своей искренностью, и ты понимаешь, что ты приехал домой. Даже, если это происходит впервые.

 

И вот, наконец, отель. Холл или лобби — всегда сердце отеля. По тому, что ты видишь, только переступив порог отеля, определяется общее настроение и понимание, как ты проведёшь здесь эти несколько дней.

 

Когда я зашёл сюда впервые, сразу понял, что мне сложно назвать это гостиницей. И я сразу вспомнил Хемингуэя, который всегда называл «Гритти» домом. Ощущения такие, что ты очутился в красивом доме своих знакомых. А, возможно, в театре, где всё, что видишь, — это декорации к спектаклю под названием «Венецианская роскошь».

 

Стойка консьержа сама по себе — произведение искусства, а место приёма сразу окунает в мир поразительной красоты живописи, которая сопровождает нас практически во всех уголках отеля.

Решив, что подробным осмотром главных холлов я займусь позже, я незамедлительно отправился в свой номер.

„Гритти“ и в самом деле был для него домом, если только можно так назвать номер в гостинице. Пижама была разложена на кровати. Возле настольной лампы стояла бутылка вальполичеллы, а на ночном столике — минеральная вода во льду и бокал на серебряном подносе.

 

(Э. Хемингуэй, «За рекой, в тени деревьев»).

В отеле «Гритти» всего 82 номера и каждый из них неповторим, каждый несёт в себе частичку своей истории и наполнен как уникальными предметами и интерьером, так и уникальной историей, и духом его постояльцев.

 

Отдельно необходимо рассказать об уникальной коллекции роскошных люксов. Это как музей, где каждый зал представляет свою уникальную ценность. Но в музее мы можем лишь созерцать и, как правило, окунаться только в одну тематику, будь то живопись, фарфор, антикварная мебель или ткани. Здесь же вы можете жить и ощущать всё это великолепие одновременно.

 

Некоторые люксы вдохновлены и названы в честь знаменитых постояльцев, навсегда вписанных в историю отеля. Люксы «Хемингуэй», «Сомерсет Моэм», «Раскин», «Пегги Гугенхайм». Один из люксов сделан в честь Punta della Dogana — знаменитой галереи современного искусства в Венеции. Люкс La Fenice — в честь венецианского оперного театра. И, наверное, самый невероятный двухэтажный люкс в честь одного из самых красивых фестивалей мира Redentore: он имеет собственную 250-метровую террасу на крыше, бассейн, частный лифт и обладает уникальным видом на Гранд-канал.

Мозаичные полы терраццо, дубовые паркеты, роскошные ткани Rubelli, зеркала Donghia, светильники из муранского стекла XVIII века, антикварная мебель, живопись — всем этим вы можете восхищаться в «Gritti Palace».

 

Для меня любой отель — это всегда и его окружение. То, что мы можем увидеть из своего номера, то, что мы увидим, выйдя на улицу и прогулявшись вечером после ужина. В Венеции множество интересных мест, но раз уж мы идём по следам Эрнеста Хемингуэя, то не можем не заглянуть в его любимый Harry’s Bar и, конечно, в знаменитое кафе Florian на площади Сан Марко.

— Пойдём-ка лучше к «Гарри».

— Пошли. Давай играть в великих людей?

— Да, — сказала она. — давай играть, будто ты — это ты, а я — это я.

— Давай, — сказал полковник.

 

(Э. Хемингуэй, «За рекой, в тени деревьев»).

Гарри бар был одним из любимейших мест Хемингуэя, и в его романе герои очень часто захаживали в него выпить по стаканчику. Кстати, именно в этом баре писатель придумал один из своих известнейших коктейлей. «Монтгомери» получил название от имени британского фельдмаршала Бернарда Лоу Монтгомери. Хемингуэй посмеивался над ним, считая, что его полки могут атаковать противника только с 15-кратным численным перевесом. И поэтому соотношение двух ингредиентов коктейл — джина и вермута — составляет 15 к 1.

 

Надо сказать, что сейчас это обычный бар, и если не знать его историю, то можно найти и лучше, но выпить виски за стойкой, где ни раз сидел сам Хемингуэй, стоит дорогого.

 

Среди других известных клиентов «Гарри Бара», открытого барменом отеля «Европа» Джузеппе Чиприани, были Альфред Хичкок, Вуди Аллен, Чарли Чаплин, барон Филипп де Ротшильд, Аристотель Онассис и многие другие. Да и сама история появления этого бара, из которого выросла целая компания, владеющая ресторанами и несколькими торговыми марками продуктов питания, очень необычна.

— Где мы встретимся?

— Давай позавтракаем в кафе «Флориан», на правой стороне площади. Площадь, наверное, залита водой, интересно будет поглядеть.

 

(Э. Хемингуэй, «За рекой, в тени деревьев»).

Кафе «Флориан», безусловно, является более знаменитым, чем Гарри бар, местом и, ничуть не преувеличивая, его можно назвать одним из символов Венеции. Кафе было открыто в 1720 году, и это было одно из самых старых кафе Италии. Со временем это место стало гораздо бо́льшим, чем просто кафе. Оноре де Бальзак писал, что Флориан было одновременно биржей, театральным фойе, читальным залом и исповедальней: коммерсанты обсуждали в нём сделки, адвокаты вели дела своих клиентов, некоторые проводили в нем целый день, и театралы забегали в кафе в антрактах представлений, даваемых в расположенном неподалеку театре «Ла Фениче».

 

Сейчас это обязательное для посещения туристическое место, которое находится, пожалуй, в той точке, где пересекаются все туристические потоки Венеции. Площадь Сан Марко не портят даже бесчисленные толпы людей с фотоаппаратами, и мне в этот раз не удаётся отказать себе в удовольствии выпить бокал шампанского, а потом выкурить сигару, послушав восхитительный квартет под открытым небом.

 

Прогулявшись по Венеции, мне уже не терпится вернуться в отель и продолжить знакомство с этим удивительным миром, расположенным всего лишь на нескольких этажах одного здания, но обладающим удивительной копилкой разных историй и персонажей, а также уникальной коллекцией произведений искусств.

Каждый холл и каждое помещение в отеле «Гритти» притягивает своей неповторимостью и какой-то утонченной изысканной красотой. И эта красота как будто не отпускает тебя. Говорит тебе, чуть улыбнувшись: «Не торопись, дружок, сядь, выпей что-нибудь, насладись красотой и покоем».

«Бар „Гритти“ был сразу за холлом, хотя холл, подумал полковник, неподходящее слово для зала с таким благородством пропорций».

 

(Э. Хемингуэй, «За рекой, в тени деревьев»).

Бар Longhi действительно потрясающий. Во-первых, его коктейльная карта считается лучшей в Венеции. Во-вторых, он просто невероятно красив. Живопись XVIII века, люстры из муранского стекла и зеркала ручной работы. Сама стойка бара резная. Сделана из многоцветного мрамора и просто не даёт никаких шансов обойти её стороной и отказаться от просмотра восхитительного шоу, которое устраивает бармен при каждом заказе.

 

Несмотря на неприкрытую роскошь, интерьер очень элегантен и дружелюбен. Здесь можно разместиться на террасе с прекрасным видом, можно сесть у стойки и завести незатейливый разговор с барменом, а можно, полностью уединившись, предаться своим размышлениям или творческой работе.

Explorer’s Library — это особое место в отеле. Она создает иллюзию частной домашней библиотеки, являясь при этом сокровищницей, обладающей уникальным интерьером и уникальными произведениями искусств. Каждый предмет, каждый сантиметр потрясающих стен и потолка с деревянными панелями завораживает и переносит как будто в каюту капитана пиратского корабля. Потрясающий выбор книг и живописи во главе с недавно приобретенным на «Сотбис» шедевром — портретом Дожа Андреа Гритти, размещённой над камином, отдают дань богатейшему литературному и историческому наследию отеля «Гритти».

 

И, наверное, одно из самых известных мест в Гритти — это ресторан Club del Doge, обладающий самой красивой террасой в Венеции.

 

Наверное, никто не сможет сказать лучше, чем Уильям Сомерсет Моэм об этой террасе: «В жизни есть не так много более приятных вещей, чем сидеть на террасе отеля „Гритти“, когда солнце на самом закате окрашивает в приятные тона „ла Салюте“, которая находится почти прямо перед тобой. Ты видишь это благородное здание с лучшей стороны, и этот вид ещё больше усиливает состояние удовлетворения. Потому что в отеле „Гритти“ ты не просто какой-то „номер“, как это имеет место в этих огромных караван-сараях, строящихся сейчас по всему миру, а друг, которого душевно приветствуют, как только он ступит на берег с борта катера, и когда ты садишься ужинать за тот же самый столик, за которым привык сидеть год, и два года тому назад, когда видишь, что твоя бутылка „Соаве“ уже ждёт тебя в ведёрке со льдом, как это происходит из года в год, ты не можешь не почувствовать себя в полной мере, как дома».

 

Безусловно, этими строками британского писателя, любившего и почитавшего отель «Гритти», я мог бы закончить повествование, но, конечно, не могу не сказать каких-то своих слов про этот отель, который поразил и вдохновил меня продолжать задуманные путешествия по самым удивительным и потрясающим отелям мира.

 

Gritti Palace, бесспорно, один из лучших отелей Венеции, Италии и мира. И делает его таким не только высочайшего уровня сервис, богатое историческое наследие и роскошнейшие интерьеры, но и та атмосфера, которой восхищались и восхищаются все постояльцы. Ведь немного найдётся отелей, которые с такой теплотой описывали величайшие писатели, упоминали члены королевских семей, учёные, политики, артисты и все остальные счастливчики, жившие в стенах этого дома. Многие коридоры увешаны портретами знаменитостей, и на каждом собственноручно оставлены автографы и слова благодарности этому гостеприимному дому.

 

Ведь та забота, которую дарит отель, начиная от потрясающе придуманных и обставленных номеров, изысканной кухни и заканчивая привлечением лучших флористов, ежедневно украшающих «Гритти» невероятными букетами роз, пионов, орхидей и уходом за гостями с одной из лучших косметических линеек Acqua di Parma, бесценна. Она позволяет беречь каждого гостя в отдельности, оценивая не уровень выбранного сьюта, а количество раз, которые каждый гость посетил этот дом и посетит ещё.

 

Именно поэтому, будь то знаменитый актёр, принц, любящая пара или просто одинокий уединённый странник — каждый оставляет частичку себя в этом месте, забирая взамен теплоту и радость от встречи с близкими.

Павел Манылов

Категории:Путешествия

2 Комментария

  • Наталья Николаевна

    Прекрасный рассказ, но он бы был еще прекраснее, если бы вы подружились с Розенталем или воспользовались услугами грамотного редактора. «… нЕ раз сидел сам Хемингуэй…», а ваш рассказ особенно интересен тем, кто нИ разу там не был. Почувствуйте разницу. Ну, и еще другие мелкие погрешности, которые портят общее впечатление.

  • Галина

    Спасибо огромное,Павел! Есть люди — реалисты,которые и не мечтают попасть за рубеж ,поэтому посмотреть на мир панорамно, Вашими пытливыми и благодарными глазами и душой,с исторически-литературным комментарием и фото очень познавательно, полезно и здорово! Спасибо Вам! УДАЧИ и новых интересных открытий !

Оставить комментарий:

Ваш e-mail адрес не будет опубликован